Борьба с националистами после войны на северо-западе СССР

С изгнанием гитлеровцев с территории СССР обстановка на северо-западном и западном участках ее границы оставалась сложной из-за наличия в приграни­чье незаконных вооруженных формирований, активно противодействовавших мероприятиям, проводимым Советской властью. Они осуществляли свои акции под флагом национально-освободительной борьбы.

Борьба с незаконными вооруженными формированиями, быстро прошедши­ми путь от благородных лозунгов и агитации до бандитизма и уголовщины, рас­тянулась на 6 лет, завершившись в основном только к 1951 — 1953 гг.

После войны на западе и северо-западе шло активное восстановление госу­дарственной границы. Вновь создавались пограничные отряды и округа. Заставы и комендатуры из местного населения создавали бригады содействия, которые помогали пограничникам охранять границу. Только в Украинском пограничном округе к концу 1944 г. было создано 209 таких бригад и групп общей численнос­тью 2341 человек.

После перенесения боевых действий на сопредельные территории наша по­граничная полоса еще длительное время продолжала оставаться прифронтовой зоной, ближайшим тылом действующей армии. Гитлеровская разведка активно забрасывала сюда шпионов и диверсантов.

Сложность обстановки объяснялась и тем, что в этих районах было оставле­но немало вражеской агентуры, здесь прятались пособники и ставленники окку­пантов, а также лица, укрывавшиеся от призыва в армию. Особую опасность представляла разветвленная, хорошо законспирированная сеть подпольных ор­ганизаций и их вооруженные бандформирования, созданные фашистскими раз­ведывательными органами. Во время оккупации гитлеровская администрация широко опиралась на них, а при отступлении снабдила оружием и другими сред­ствами, необходимыми для ведения активной борьбы с Советской властью.

С особым ожесточением эти организации действовали вблизи восстановлен­ной государственной границы. При этом часть банд, в основном в период прове­дения операций по их ликвидации, стремилась уйти за кордон. И наоборот, име­ли место многочисленные случаи прорывов банд, сформированных гитлеровской разведкой в Польше, Румынии, Венгрии, на советскую территорию для ведения подрывных действий в нашем тылу.

Откровенное сотрудничество во время оккупации части национал-патриотов с захватчиками было, в значительной степени следствием непродуманной поли­тики руководства страны по отношению к населению территорий, включенных в СССР перед войной. Огромную негативную роль сыграли массовые репрессии, насильственные депортации, ущемление прав и свобод граждан. Именно это поз­волило националистическому подполью найти опору в широких социальных сло­ях населения и продержаться почти 10 лет.

По некоторым данным, лишь в 1939 — 1940 гг. в восточные районы СССР бы­ло выселено 1 миллион 400 тысяч жителей Западной Украины и Западной Бело­руссии, а в 1941 — 1951 гг. — еще до 700 тысяч человек, что составляло более 10% населения. С другой стороны, и случаев бесчеловечной расправы с теми, кто под­держивал Советскую власть, не говоря уже о пленении бандитами солдат и офи­церов войск НКВД, было немало. Так, по официальным данным, от террора ОУН и в борьбе против нее погибло не менее 60 тысяч советских граждан, в боях с УПА — 25 тысяч военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов.

Из всех прибалтийских республик наиболее ожесточенно и продолжительно действовало вооруженное националистическое подполье на территории Литвы. Созданная в годы войны литовскими националистами совместно с немецко-фа­шистской разведкой Армия освобождения Литвы имела четкую организацию: делилась на округа, отряды, роты и взводы.

В приказе ее Верховного штаба от 4 ноября 1944 г. говорилось:

«…Против НКВД, местной администрации и шпионов борьбу вести без жало­сти и щепетильности. Собирать точные данные о количестве частей НКВД, по­граничных и внутренних войсках, их вооружении, постах охраны, бдительности и т.п. Составить планы, в основу которых положить хитрость, изобретатель­ность, но не силу. Операции проводить только ночью, назначая для этого нужное количество людей. Операции производить смело, решительно и по возможности бесшумно. Для этой цели лучше всего играть роль милиции и НКВД, прибывшей из других уездов. По возможности надевать русские одежды и говорить по-рус­ски. В случае опасности быть расшифрованными местными жителями носить ма­ски, перекрашиваться и пользоваться вымышленными именами.

Отдельных энкавэдистов и небольшие группы военнослужащих ликвидиро­вать без всяких следов, чтобы создалось впечатление, что пропали без вести. Для обеспечения оружием и патронами забирать все вооружение у ликвидирован­ных, покупать у красноармейцев за самогон, войти в контакт с немецкими пара­шютистами, с которыми и взаимодействовать при проведении операций».

При содействии националистов десятки тысяч призывников Латвии и Эсто­нии были мобилизованы в латышский добровольческий легион СС и эстонскую гренадерскую дивизию СС немецкой армии. Командные кадры этих соединений составили бывшие офицеры Литовской армии и военизированных организаций.

При активном участии добровольческих полицейских батальонов за годы ок­купации в Литве было уничтожено до 700 тысяч гражданских лиц и военноплен­ных, вывезено в Германию до 36 тысяч человек. На территории Латвии уничто­жено более 600 тысяч гражданских лиц и военнопленных, увезено в Германию более 280 тысяч человек. Жертвами нацистского террора в Эстонии стали 125 ты­сяч мирных жителей и военнопленных.

Предчувствуя скорый конец войны, пособники гитлеровцев предпринимали попытки попасть в западные земли Германии, занятые американскими, англий­скими, французскими войсками или бежать в Швецию. Так, генеральный инспек­тор латышского легиона СС Р.Бангерский приказал латышским частям гитлеров­ской армии «…интернироваться в зонах, занятых англичанами, американцами или французами». Во исполнение этого приказа в плен английским и американ­ским войскам сдались остатки 15-й латышской дивизии СС и 20-й дивизии СС не­мецкой армии. В конце войны бежали на Запад высшие чины оказавшейся в Кур-ляндском котле 19-й латышской дивизии СС.

При активной поддержке буржуазных общественных деятелей Швеции, по­сольств США и Великобритании в конце войны начали формироваться центры националистической эмиграции: «Прибалтийское гуманистическое общество», «Организация эстонской помощи», «Эстонский комитет» и т.д. При их содейст­вии по соглашению между Швецией и фашистской Германией под видом «транс­портов раненых» в Швецию было вывезено 7 тысяч лиц шведской национальнос­ти, проживавших на островах и западном побережье ЭССР. В их числе было при­мерно 3000-3500 эстонцев.

После окончания войны на территории таких стран, как ФРГ, Австрия, Да­ния, Бельгия и Швеция, оказалось около 260 тысяч так называемых «перемещен­ных лиц» из Советской Прибалтики, которые затем стали важнейшим источни­ком пополнения кадров для подрывной деятельности против СССР.

1946 — 1951 гг. для прибалтийской эмиграции стали временем больших надежд и активной деятельности. При этом западные оккупационные власти делали все возможное, чтобы латыши и эстонцы из соединений СС, которые лично руководи­ли расправами над мирными жителями Прибалтики и Белоруссии, смогли избе­жать заслуженного наказания, как того требовал приговор Нюрнбергского воен­ного трибунала.

Во время оккупации западных районов Белорусской ССР здесь были созда­ны польские формирования, которые под флагом борьбы за «независимость ве­ликой Польши» участвовали в подавлении партизанского движения, расправля­лись над белорусским населением.

Так же действовали отряды айзсаргов в Латвии, националистические элемен­ты в Эстонии.

Организации националистов часто изображали оппозиционность и незави­симость по отношению к германскому фашизму. На деле же все они были тесно связаны с ним.

Не получая поддержки от широких слоев населения, националисты и их во­оруженные отряды становились на путь диверсий и террора. Одним из основных принципов действий этих бандформирований была изуверская жестокость, на­правленная на устрашение местных жителей.

Главным содержанием первого периода борьбы с ними была ликвидация крупных вооруженных националистических формирований. Она велась в райо­нах восстановленной границы и отличалась крайней напряженностью. Возглав­ляли ее органы госбезопасности и внутренних дел. Общее руководство борьбой с оуновским подпольем и вооруженными отрядами в западных областях Украи­ны, например, было поручено народному комиссару внутренних дел, народному комиссару госбезопасности УССР и начальнику войск Украинского погранично­го округа. Непосредственное руководство оперативной работой возлагалось на УНКВД-УНКГБ Львовской, Станиславской, Дрогобычской и Черновицкой обла­стей. Такая же система была создана на территории западных областей Белорус­сии и в прибалтийских республиках.

Борьба с националистическим подпольем и его вооруженными бандформи­рованиями включала оперативные мероприятия и боевые действия войск, а так­же пропагандистскую и разъяснительную работу среди местного населения. Кроме того, в городах, населенных пунктах и в районах проведения операций предпринимались меры режимного характера.

Политические акции в пограничных районах проводились на основе решений ЦК ВКП(б), постановлений ЦК КП Украины, Белоруссии, Литвы, Латвии и Эсто­нии при активном участии местных партийных органов.

Оперативные мероприятия на границе и в прилегающих к ней районах погра­ничные войска и органы госбезопасности осуществляли по единому плану, при­чем роль последних была определяющей.

Большое внимание уделялось разведке. Благодаря ей зачастую удавалось до­быть необходимые данные о вооруженных отрядах. К примеру, только на участ­ке Украинского пограничного округа в августе — декабре 1944 г. было выявлено и взято на учет 32 закордонных отряда (8287 человек) и 52 отряда (9510 человек), действовавших в нашей пограничной полосе.

Пик вооруженных антисоветских выступлений пришелся на середину авгус­та 1944 г., когда на освобожденной территории была объявлена мобилизация в Красную Армию мужчин призывных возрастов. Именно в это время повстанцам удалось осуществить ряд крупных диверсий на железных дорогах, террористи­ческих актов в отношении военнослужащих Красной Армии и лиц, лояльно от­носившихся к Советской власти. В результате призыв был сорван.

13 августа на станции «Зелена» Угновского района Львовской области наци­оналисты подорвали воинский эшелон, уничтожив 40 вагонов с боеприпасами.

Основной формой борьбы пограничных войск с националистическими банда­ми было проведение специальных операций по их поиску и ликвидации с привле­чением сравнительно крупных сил и средств. В ряде случаев планы таких опера­ций утверждались военными советами фронтов. Их руководителями обычно на­значались начальники войск созданных к этому времени пограничных округов или начальники войск по охране тыла фронтов.

22 — 27 августа 1944 г. была проведена специальная операция по очистке Равы-Русского, Угновского, Магеровского, Немировского и Яворовского рай­онов Львовской области от банд ОУН-УПА. Руководил ею начальник войск Ук­раинского пограничного округа генерал-лейтенант П.В.Бурмак. По плану, ут­вержденному Военным советом фронта, в ней участвовали 6 пограничных пол­ков войск по охране тыла 1-го Украинского фронта, 5 пограничных отрядов войск Украинского пограничного округа и 3 полка (2 стрелковых и 1 кавале­рийский) Красной Армии, специально на период операции выведенные с пере­довой.

В ходе этой операции был нанесен мощный удар по бандформированиям на­ционалистов: убито 1549 боевиков, 541 захвачен в плен. В ожесточенных боях с бандитами были разрушены или сожжены укрепленные пункты, подготовленные ими для ведения длительной обороны.

Одновременно среди местного населения велась большая разъяснительная работа. Так, в с. Рогизко было проведено специальное собрание. В результате уже буквально на следующий день из близлежащих населенных пунктов в рай­военкомат прибыло 1265 запуганных бандитами призывников, которые скрыва­лись в лесах. В Немировский райвоенкомат явились с повинной 740 боевиков из числа жителей с. Старый Ярув.

2 — 4 сентября была проведена еще одна операция по уничтожению очеред­ной обнаруженной банды. Генерал-лейтенант П.В.Бурмак по согласованию с на­чальником внутренних войск в район ее нахождения выдвинул окружные резер­вы — 104-й пограничный полк и 145-й стрелковый полк внутренних войск. Банда была блокирована. С рассветом 4 сентября в блокированном районе начался по­иск, в результате которого основные силы банды были окружены и уничтожены. Не составило труда ликвидировать и оставшиеся мелкие группы бандитов-оди­ночек.

Как выяснилось позже, в ходе этой операции была разгромлена банда «Чар-нота» общей численностью более 800 человек. Ее целью было прорваться в тыло­вые районы Львовской области. В Люблинском округе она действовала в качест­ве «летучего отряда», поддерживала непосредственную связь с командованием армейского корпуса Армии Крайовой — подпольного военного формирования эмигрантского правительства Польши.

Штабы пограничных округов проводили большую работу, анализируя ход борьбы с националистическими формированиями, обобщая положительный опыт, информируя части и подразделения о вскрытых недостатках и способах их устранения. Например, штаб Украинского пограничного округа во второй поло­вине 1944 г. направил в части несколько указаний, в том числе «Об усилении борьбы с бандами УПА в погранполосе», «О пассивных действиях начальников 2, 98-го погранотрядов по ликвидации банд на своих участках», «Об улучшении качества работы по поиску и ликвидации банд УПА» и др.

В конце сентября 1944 г. НКВД на основе опыта борьбы с бандформировани­ями принял решение об изменении штатной структуры созданных в мае — июне этого года пограничных отрядов западных округов. Была увеличена численность погранзастав с 32 до 50 человек, мангрупп — со 150 до 250 человек. Общая штат­ная численность пограничных отрядов доведена с 1630 до 1864 человек. Каждый отряд теперь имел 20 линейных и 4 резервные заставы в составе 4 пограничных комендатур, получил автотранспорт, что повысило маневренность его подразде­лений. Были приняты меры по улучшению боевой выучки войск, повышению бди­тельности личного состава. В западных пограничных округах со всеми офицера­ми, прибывшими на пополнение отрядов после окончания училищ, проводились 1,5-месячные сборы, где специально изучались вопросы организации и ведения борьбы с бандами, и штабные тренировки.

С каждой операцией, проведенной против банд, крепло оперативно-тактиче­ское мастерство командных кадров, выразившееся в умении выбирать направле­ния главных и вспомогательных ударов, сосредоточивать силы на основных на­правлениях, сочетать элементы внезапности с грамотным использованием тяже­лого оружия и полевой артиллерии. Примером тому может служить специаль­ная операция, проведенная 29 — 30 августа 1944 г. силами 104-го и 88-го погра­ничных отрядов Украинского пограничного округа, 2-го пограничного полка войск по охране тыла 1-го Украинского фронта и 29-го гвардейского кавалерий­ского полка.

Район сосредоточения крупной банды был хорошо разведан. Войска скрытно окружили лес, где находилась банда, сильным артиллерийско-минометным ог­нем разрушили легкие оборонительные сооружения и уничтожили многие пуле­метные точки. Затем с нескольких направлений атаковали банду и почти полно­стью ее уничтожили.

Подобные специальные операции проводились в тот период в полосе наступ­ления ряда фронтов, в том числе и 1-го Белорусского.

Основными способами действий войск при проведении таких операций явля­лись блокирование, прикрытие наиболее вероятных направлений движения бан­ды, поиск или прочесывание местности в блокированном районе, окружение, атака и преследование.

Во всех случаях войсковым действиям предшествовала агентурно-разведыва-тельная работа, которую проводили органы госбезопасности.

Пограничные округа и отряды, охранявшие восстановленную западную гра­ницу, вели борьбу с бандформированиями (действовавшими как в нашем пригра­ничье, так и на территории сопредельных государств, особенно в Польше) во вза­имодействии с частями и соединениями внутренних войск. Во многих случаях по­граничники также взаимодействовали с тыловыми частями фронтов и военными комендатурами, выставленными на освобожденной территории сопредельных государств, а когда возникала необходимость, то и с пехотными частями Войска Польского. Последнее было вызвано тем, что банды, действовавшие в Польше, нередко совершали набеги на советскую территорию, и наоборот, чтобы уйти из-под удара наших войск, некоторые из них пытались там скрыться. В ряде случа­ев с польской территории банды обстреливали наших пограничников и местных жителей, нападали на советские эшелоны и автоколонны. Например, 6 октября 1944 г. банда «Ягода» из 500 человек совершила налет на ряд населенных пунк­тов в пограничной полосе Польши, против участка 2-го отряда Украинского по­граничного округа.

В целях сосредоточения общих усилий на ликвидации конкретных формиро­ваний, действовавших в приграничных районах Польши и СССР, представители советских военных органов в этой стране договорились с высшими польскими военными руководителями о совместных действиях советских пограничных войск и пехотных соединений Войска Польского, выделенных для охраны погра­ничной линии и борьбы с бандами в приграничных районах.

На основе этой договоренности заместитель министра обороны Польши ге­нерал-полковник Кочец издал приказ, согласно которому командирам 3, 8 и 9-й дивизий пехоты Войска Польского, дислоцированных в пограничных районах, предписывалось установить тесную связь с соответствующими командирами по-гранчастей Советского Союза, организовав с ними обмен информацией о нали­чии банд в погранполосе и взаимное планирование по их ликвидации. При выдви­жении банды на территорию Советского Союза польские командиры должны были немедленно информировать об этом ближайшие части советских погранич­ных войск. При получении данных от советских погранвойск о преследовании ими банд на польской территории польское командование обязывалось выделять нужное количество сил и средств для совместных действий по их ликвидации. Во избежание боевых столкновений между пограничными нарядами советских по-гранчастей и Польши устанавливались опознавательные знаки и сигналы связи.

Поскольку отряд «Ягода» представлял серьезную опасность, польское руко­водство приказало командиру 3-й дивизии немедленно принять все меры к его ликвидации на территории Польши, согласовав при этом свои действия с дейст­виями частей советских погранвойск.

В это же время Главное управление пограничных войск дало указание коман­дованию Украинского пограничного округа разработать план операции по лик­видации банды «Ягода» (совместно с 3-й дивизией пехоты Войска Польского), договориться с командованием частей Войска Польского о совместных действи­ях по уничтожению националистических формирований на советско-польской границе и получить разрешение советским пограничникам неотступно преследо­вать банды на польской территории.

Тесное взаимодействие между советскими погранвойсками и польскими вой­сками способствовало успешной борьбе с националистическими бандами в при­граничных районах СССР и на территории Польши. В октябре — декабре 1945 г. и в течение 1946 г. на территории пограничных районов Польши против участков 2, 88, 89, 90 и 93-го советских пограничных отрядов было проведено более 20 сов­местных специальных операций, в результате которых было ликвидировано зна­чительное число банд, в том числе и «Ягода».

Ранее, в сентябре — декабре 1944 г., только войска Украинского погранично­го округа осуществили 476 специальных боевых операций на восстановленной государственной границе, из них 123 — против крупных подразделений УПА. Для проведения 37 операций привлекались по 2-3 пограничных отряда и части внутренних войск. Уже тогда ряд операций был проведен на территории Польши совместно с польскими частями. Войска Прикарпатского пограничного округа с октября 1944 по февраль 1945 г. провели 158 специальных боевых операций, в хо­де которых было уничтожено 5544 и задержано 2980 человек.

Значительное количество специальных боевых операций осуществили войска Белорусского и Литовского пограничных округов. В 1944 г. в Литовском округе было успешно проведено 65 таких операций. Так, в декабре в специальной опе­рации под руководством генерал-майора М.С.Бычковского, длившейся 12 суток, принимали участие 2 пограничных отряда (95-й и 23-й) и 2 полка внутренних войск (261-й и 137-й). В ходе ее было разгромлено 15 националистических групп, убито 284 и захвачено в плен до 800 человек.

Острый характер носила борьба с бандитизмом на территории Калининград­ской области и Литвы. Так, в марте 1945 г. пограничный наряд комендатуры ка­питана Погорелова Литовского пограничного округа в составе 5 человек был ок­ружен бандой, насчитывавшей более 50 боевиков. Около часа длился бой, в ко­тором геройски действовал пулеметчик А.Голиков. Он обеспечил своим товари­щам выход из вражеского кольца и был ранен. Когда его окружили бандиты, Го­ликов подорвал их и себя гранатой.

Только на участке 23-го пограничного отряда (г. Клайпеда) с 1944 по 1946 г. было задержано до 10 тысяч нарушителей границы, остатки минской, оршан­ской, курземской вражеских группировок и националистических банд.

В специальных операциях по ликвидации крупных вооруженных формирова­ний применялась авиация пограничных войск. Самолеты использовались для воздушной разведки, наведения подразделений на обнаруженные банды, высад­ки десантов, нанесения бомбовых ударов, выставления заслонов на путях отхода бандитов. Например, за первое полугодие 1945 г. летчики-пограничники Украин­ского погранокруга обнаружили расположение 13 банд. В 1946 г. с помощью воз­душной разведки на участках Украинского и Прикарпатского погранокругов бы­ло обнаружено 19 бандгрупп.

В январе 1945 г. на специальном совещании во Львове, на котором присутст­вовали секретари обкомов партии, начальники управлений НКВД и НКГБ обла­стей, а также начальники войск Украинского и Прикарпатского погранокругов, было отмечено, что к концу 1944 г. основные крупные вооруженные формирова­ния (курени, сотни) в районе границы разгромлены. Вооруженная борьба погра­ничников с бандформированиями и осуществление специальных мероприятий органов госбезопасности по разложению оуновского подполья привели к значи­тельному сокращению возможностей противоправных организаций, резкому па­дению их влияния в пограничных населенных пунктах.

В связи с этим любопытен отчет оуновского подполья за период с 13 по 18 но­ября 1944 г., подписанный одним из его руководителей по кличке «Бурьян»: «На­селение целиком падает духом. Разговоры ходят среди людей, что раньше были сотни, а теперь все пропало, всех разбили… Где мужчины остались, то соглаша­ются идти в Красную Армию, что вредит нашей работе… Отношение населения сильно изменилось по сравнению месяц тому назад. Теперь вообще не хотят при­нимать на квартиры. В прошлом месяце у нас не было пропаганды, а у большеви­ков ведется пропаганда…»

Тактика действий пограничных отрядов и округов при проведении специаль­ных операций на границе против крупных бандформирований была обобщена в начале 1945 г. Главным управлением пограничных войск в специальном докумен­те, который был доведен до войск западных пограничных округов с требованием руководствоваться им в практической деятельности.

Формирования УПА, понеся большие потери, по указанию «центрального провода» изменили тактику борьбы, больше стали заниматься диверсиями и тер­рором, уклоняясь от прямых боевых столкновений с пограничными войсками. Это отмечалось и в докладе Политуправления пограничных войск «Об обстанов­ке на советско-польской границе за 1944 г.».

В изменившихся условиях командование пограничных округов, наряду с про­ведением специальных боевых операций на границе, стало широко применять действия оперативно-войсковых групп (ОВГ). Вскоре этот метод занял опреде­ляющее место в очистке пограничных районов от бандгрупп, агентов гитлеров­ской разведки и других антисоветских элементов. Он включал поиск, разведку обнаруженной подпольной организации (банды), арест или уничтожение при со­противлении ее участников.

Поиск и разведку, как правило, вели работники органов госбезопасности, офицеры штабов пограничных отрядов и комендатур.

Конкретные тактические действия ОВГ по борьбе с националистическими бандами можно проследить на примере боевой деятельности Литовского погра­ничного округа.

В конце 1944 г. обстановка в ряде уездов Литовской ССР резко осложнилась, что потребовало осуществления неотложных оперативно-войсковых мероприя­тий. В связи с этим приказом наркома внутренних дел СССР части Литовского пограничного округа 8 декабря 1944 г. были сняты с охраны границы и передис­лоцированы в тыловые уезды Литвы. В соответствии с планом проведения опера­ции по борьбе с бандитизмом они были рассредоточены там покомендатурно, для каждой определен район действий. В частях были созданы ОВГ. Комендату­ры тесно взаимодействовали с уездными отделами НКВД-НКГБ, которые суме­ли выявить на территории Литовской ССР 61 действующую банду. В ходе опера­ции удалось полностью ликвидировать 33 и частично разгромить 7 банд.

Во время операции офицеры-пограничники организовали в уездах до 50 ис­требительных взводов из числа местного актива для оказания помощи подразде­лениям и органам, ведущим борьбу с бандитизмом, провели большую агитацион­но-пропагандистскую работу в поселках и на хуторах. И результаты не замедли­ли сказаться. Улучшилась работа местных советских органов, выросли темпы по­ставок сельскохозяйственных продуктов государству, сократилось число бан­дитских проявлений. Так, если план хлебосдачи по Рокишскому уезду Литвы по состоянию на 7 апреля 1945 г. оказался выполненным всего лишь на 25%, то по­сле очистки уезда от банд процент выполнения достиг 75. Аналогичная картина наблюдалась и в других уездах.

В 1945 г. ОВГ применялись для ликвидации националистических банд не только в приграничных районах, но и за их пределами. Например, решением ЦК КП(б) Украины начальникам областных управлений НКВД, пограничных и внут­ренних войск для уничтожения оставшихся бандитских формирований было по­ручено создать специальные ОВГ. Каждая группа получала конкретную задачу по ликвидации банд независимо от того, в каком районе области они действова­ли. Аналогичные решения принимали ЦК КП(б) Белоруссии, Эстонии, Латвии, Литвы и Молдавии.

В результате основные националистические организации и их вооруженные формирования были разгромлены. В течение 1945 г. было ликвидировано 250 банд, в боях уничтожено 10 121, ранено 552 и пленено 17 612 человек.

При подведении итогов борьбы с вооруженными формированиями против­ника в 1945 г. в директиве НКВД СССР подчеркивалось, что пограничные и вну­тренние войска в процессе очистки пограничной полосы и освобожденной от не­мецко-фашистских захватчиков территории западных областей СССР совместно с органами НКВД и НКГБ нанесли серьезный удар по бандитскому и национали­стическому подполью, ликвидировав при этом ряд крупных банд.

В 1946 г. пограничные войска, органы внутренних дел и госбезопасности про­должали вести совместную борьбу по ликвидации вооруженных групп и нацио­налистического подполья. 24 июля 1946 г. ЦК КП(б) Украины принял новое ре­шение — «О ликвидации остатков банд украинско-немецких националистов в за­падных областях УССР».

Потерпев поражение в 1944 — 1946 гг., националисты вновь изменили такти­ку своих действий. Их остатки мелкими группами ушли в глубокое подполье. Борьба с ними продолжалась.

В новых условиях, с учетом ранее приобретенного опыта, основной упор де­лался на агентурную работу. Например, в течение 1946 г. на территории Стани­славской области Украины было ликвидировано свыше 96 бандгрупп и 184 оу-новских организаций. Во Львовской области вскрыто и ликвидировано 98 банд-групп и националистических организаций. Успешно шла борьба и на территории Латвии. 7 июля 1946 г. в лесных массивах Вейверской области Литвы войсковая группа пограничников разгромила штаб бригады бандформирования «Желез­ный волк», уничтожила 2 его бандгруппы и 23 бандита. 24 июля 1946 г. на терри­тории Литвы маневренной группой пограничников была ликвидирована хорошо вооруженная бандгруппа «Жальгирис».

Второй период (1947 — 1951) характеризовался сосредоточением усилий по­граничных войск, органов НКВД и НКГБ на борьбе против подполья и мелких вооруженных групп, руководство которыми осуществлялось из зарубежных центров.

В этот период, когда националисты перешли к действиям мелкими группами в условиях строжайшей конспирации, возросло значение оперативно-разведы­вательных мероприятий, а также обеспечения надежной охраны государствен­ной границы и пограничного режима.

К концу 1947 г. число вооруженных выступлений националистов в приграни­чье сократилось. Тем не менее пограничники нередко задерживали националис­тов, в частности бандеровцев, направленных «центральным проводом» ОУН из-за рубежа с очередными программами действий. Между тем оставшиеся на сво­боде мелкие вооруженные группы, чувствуя свою обреченность, действовали все более жестоко. В 1948 и 1949 гг. борьба с бандитизмом вблизи границы приобре­ла очаговый характер. В целях маскировки бандиты все чаще стали появляться в форме военнослужащих Советской Армии и пограничных войск. Они действова­ли группами по 2-3 человека, а нередко и в одиночку.

За 5 месяцев 1948 г. все пограничные части Украинского пограничного окру­га имели только 11 боестолкновений с вооруженными группами, в результате ко­торых было убито, ранено и задержано 19 боевиков. Потери пограничников со­ставили 3 человека убитыми и 5 ранеными.

Лишившись поддержки местного населения, утратив связь с зарубежными центрами и материальную базу, националисты и их вооруженные отряды были повсеместно разгромлены. Ликвидация бандитизма в западных областях Украи­ны, Белоруссии и в республиках Прибалтики способствовала установлению спо­койствия в этих районах, вовлечению в активную созидательную деятельность широких масс трудящихся.

Нельзя не отметить, что повстанческое движение имело достаточно широ­кий размах. Продолжительность борьбы, ее острота свидетельствуют о том, что противоречия, существовавшие в стране в тот период, имели глубокие корни.

Эта борьба длилась на Украине и в Литве дольше, чем в Латвии и Эстонии, отку­да наиболее агрессивные и враждебные советскому режиму группы стремились уйти за рубеж. Последние очаги сопротивления здесь были подавлены лишь в 1950 — 1951 гг.

Ряд факторов позволяет говорить об этом явлении как о партизанской вой­не, длившейся с 1944 по 1951 г. в северо-западных районах СССР и имевшей свои характерные особенности, связанные с национальными и социально-экономиче­скими традициями Украины, Белоруссии, республик Прибалтики.

Анализ участия пограничных войск в борьбе с националистическим подполь­ем и его вооруженными формированиями позволяет извлечь ряд уроков. Назо­вем некоторые из них:

— необходимость специальной подготовки командиров и личного состава пограничных войск для борьбы с незаконными вооруженными формированиями;

—  создание специальных добровольных формирований из местного населе­ния для поддержания общественного порядка в населенных пунктах и оказания помощи пограничникам в борьбе с националистами;

—  планирование специальных контрпартизанских операций в конкретных зонах ответственности пограничных войск совместно с частями армии, внутрен­них войск и органами госбезопасности, формированиями из местного населения;

—  организация специальной идеологической работы среди личного состава подразделений, участвующих в ликвидации незаконных вооруженных формиро­ваний.

Учет этих и других факторов способствовал успешному выполнению погра­ничными войсками стоявших перед ними задач.

Изучение методов борьбы государства с ОУН-УПА в 1944 — 1950 гг., прове­денное Н.Д.Плотниковым, показывает, что борьбу с ОУН-УПА в этот период можно условно разделить на несколько периодов. По его мнению, для каждого из них характерны специфические задачи, методы, приемы и способы действий, а также состав привлекаемых сил и средств и порядок организации взаимодейст­вия между ними.

С начала Великой Отечественной войны и до конца 1943 г. велась преимуще­ственно разведка организационной сети ОУН и формирований УПА, пропаган­дистская работа с населением. Ее вели подпольные организации, советские пар­тизаны и специальные разведывательно-диверсионные отряды НКВД, действую­щие в тылу противника.

С началом наступательных операций Красной Армии по освобождению Пра­вобережной Украины и до выхода советских войск на государственную границу борьбу с ОУН-УПА вели части Красной Армии и пограничные полки НКВД по охране тыла 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов, органы госбезопас­ности и истребительные отряды, сформированные из числа бывших партизан.

В этот период, учитывая близость фронта, предпочтение отдавалось войско­вым мероприятиям, проводившимся одновременно на относительно больших пространствах с привлечением значительного количества сил и средств. На пер­вых порах, что подтверждается архивными документами, эффективность их бы­ла невысокой. Основная причина — плохая организация разведки, особенно агентурной. Начальники территориальных органов НКВД и НКГБ не имели даже приблизительных данных об организационной сети ОУН, отрядах УПА, их дис­локации, численности, вооружении. Основным способом действий являлось про­чесывание местности на основе не всегда достоверных данных местных жителей.

Опыт первых операций показал, что против ОУН-УПА с их широкой осведо­мительной сетью, тщательной конспирацией и отличным знанием местности не­обходимо в кратчайшие сроки организовать эффективную разведку, лишить воз­можности вербовать в свои ряды молодежь, пополнять запасы оружия, боепри­пасов, продовольствия.

По линии территориальных органов НКВД и НКГБ началось создание раз­ветвленной агентурной сети. Под видом дезертиров, местных жителей, постра­давших от НКВД и сочувствующих идеям национализма, в структуры ОУН-УПА внедрялись агенты. Для оперативной доставки разведданных строилась агентур­ная сеть по принципу цепочек. На наиболее вероятных направлениях перемеще­ния боевок службы безопасности и отрядов УПА из числа местных жителей под­бирались т.н. заслонные агенты.

Там, где не удавалось наладить агентурную работу, борьба с формирования­ми ОУН-УПА велась неэффективно. Получив данные о готовящейся оператив­но-войсковой операции, отряды УПА уходили в соседние области. Нередко крупные формирования рассыпались на мелкие группы и просачивались, в том числе под видом местных жителей, красноармейцев и работников правоохрани­тельных органов, через кольцо окружения. Затем они собирались в заранее уста­новленных местах.

В целом на этом этапе удалось в определенной степени вскрыть организаци­онную структуру многих формирований ОУН-УПА, установить их численность, вооружение, собрать данные на командный и рядовой состав, выявить системы связи, конспиративные квартиры, укрытия и т.д. Это позволило готовить опера­тивные мероприятия уже на основе более точных разведданных, проводить опе­рации внезапно для противника, с привлечением значительно меньших сил и средств.

На основе разведывательных данных органы государственной безопасности, управления войск НКВД по охране тыла действующей армии, управления войск НКВД по охране тыла фронтов подготовили обобщенные документы по истории возникновения ОУН-УПА, их организационной структуре, задачах, тактике дей­ствий, ведению разведывательной, контрразведывательной и другой деятельнос­ти.

Уже в конце этого этапа борьбы с националистическим подпольем и его во­оруженными формированиями наряду с прочесыванием местности стали приме­няться засады, поиски, налеты, преследования. Для ликвидации мелких отрядов, как правило, высылались разведывательно-поисковые группы в составе до уси­ленного взвода, а иногда и роты. С октября 1944 г. и до окончания Великой Оте­чественной войны во внутренних районах западных областей УССР борьбу вели войска НКВД — 1 дивизия, 9 отдельных бригад и 1 кавалерийский полк, а в при­граничных районах — пограничные войска. В отдельных операциях были задей­ствованы и части Красной Армии.

С содержательной стороны борьба с националистическим подпольем и его вооруженными отрядами включала оперативно-войсковые мероприятия и поли­тические меры. Они проводились либо самостоятельно по отдельным планам, ли­бо в форме специальных оперативно-войсковых (чекистско-войсковых) опера­ций, представлявших собой совокупность оперативных, войсковых, режимных и политических мер, проводимых по единому замыслу и плану с целью обнаруже­ния и ликвидации агентуры ОУН и формирований УПА.

При проведении оперативно-войсковых операций применялись различные способы действий. Их выбор определялся условиями местности, выделенным ко­личеством сил и средств, отношением местного населения к нашим военнослужа­щим и боевикам УПА, временем года. В лесистой местности самым распростра­ненным был способ прочесывания. При этом в одном случае оно было сплошным, в другом выборочным, а в третьем — по направлениям. Цель прочесывания за­ключалась в вытеснении противника на открытое место, где он попадал под огонь пулеметов, артиллерии и удары авиации. Участок местности, где проводи­лось прочесывание, как правило, изолировался путем блокирования или пере­крытия вероятных направлений ухода противника. При обнаружении бандфор­мирований и отказе сдаться их ликвидация проводилась теми же способами, как и в общевойсковом бою.

Оперативная работа осуществлялась с учетом накопленного опыта на осно­вании специальных планов оперативной деятельности НКВД-НКГБ, органов во­енной контрразведки «Смерш», погранвойск. Определяющую роль играли тер­риториальные органы НКВД и НКГБ. Задачи оперативных мероприятий остава­лись прежними: выявление организационной сети ОУН, боевок службы безопас­ности и отрядов УПА, определение их численности, вооружения, намечаемых планов диверсионно-террористических действий, районов базирования и т.д.

Среди специальных мероприятий выделяются действия групп специального назначения НКВД. Под видом боевок и отрядов УПА, совершающих рейды или уходящих от преследования пограничников или внутренних войск, они вступали в контакты с формированиями УПА и внедрялись в них. Затем, в зависимости от оперативной обстановки, морально-психологического состояния членов данно­го формирования УПА, велась работа по склонению боевиков к прекращению сопротивления, выходу из леса и явке с повинной. В тех случаях, когда форми­рование УПА разложить изнутри не удавалось, оно уничтожалось.

Силой, с которой были вынуждены считаться боевики УПА, стали истреби­тельные отряды, группы содействия им и самозащиты. Они формировались из бывших партизан, призывной молодежи, жителей сел, подвергшихся бандитским нападениям. На 15 февраля 1945 г. в западных областях республики насчитыва­лось 292 истребительных батальона (около 24 тысяч человек) и 2336 групп содей­ствия (24 тысячи человек).

Хорошо зная местность и людей, истребительные отряды и батальоны совме­стно с органами и войсками НКВД и НКГБ наносили ощутимые удары по форми­рованиям УПА. Только за вторую половину 1944 г. они уничтожили в боях свы­ше 6 тысяч боевиков и 12 тысяч взяли в плен.

В боях с оуновскими бандами многие бойцы отрядов самообороны и истре­бительных отрядов проявили героизм и мужество. Боец истребительного отряда Ново-Милянского района Львовской области Антонюк в одном бою уничтожил 15 бандитов и, будучи окружен, подорвал себя и бандитов гранатой. Боец истре­бительного отряда Бибрского района Львовской области Подборный, проник­нув в банду, убил ее руководителя, был ранен и окружен, но сумел вырваться из окружения, уничтожив гранатами еще 4 бандита.

Несмотря на принимаемые меры по улучшению оперативной деятельности, ее эффективность по-прежнему оставалась невысокой. Анализ архивных доку­ментов показывает, что из-за плохой организации разведки в этот период была провалена почти половина всех проведенных операций. При отсутствии точных данных для ликвидации больших формирований УПА высылались малочислен­ные подразделения. Плохо подбирался личный состав РПГ, которые нередко со­стояли только из молодого, необстрелянного пополнения. После ряда неудач­ных операций было запрещено посылать малочисленные группы. Одновременно в РПГ должны были, наряду с молодыми солдатами, обязательно назначаться и старослужащие.

В послевоенные годы начался заключительный, четвертый период борьбы с ОУН-УПА. Из-за больших потерь и изменившейся военно-политической обста­новки формирования ОУН-УПА по указанию «центрального провода» измени­ли тактику действий. Стараясь уклоняться от боевых столкновений с крупными формированиями внутренних и пограничных войск, они сосредоточились на ди-версионно-террористических акциях и ведении разведки в интересах западных спецслужб. Руководителям ОУН было предложено уйти в глубокое подполье.

Немало боевиков по приказу руководителей возвратились в села и города и перешли на подпольные формы борьбы.

В изменившихся условиях в целях скорейшей стабилизации общественно-по­литической обстановки в республике ЦК КП(б) Украины 24 июля 1945 г. принял постановление «О ликвидации остатков банд украинских националистов в за­падных областях Украины». В западных областях Украины и Белоруссии были увеличены группировки всех сил и средств, непосредственно участвующих в лик­видации националистического подполья и бандформирований. Охрана границы была организована по рубежам. В каждой области были расквартированы не ме­нее одной дивизии войск НКВД, усилены территориальные органы внутренних дел и госбезопасности.

Благодаря целенаправленной оперативной деятельности к концу 1946 г. уда­лось нанести серьезный удар по руководящим кадрам ОУН-УПА. К концу 1946 г. в них оставались лишь наиболее непримиримые, фанатично настроенные боеви­ки, совершившие немало преступлений.

Основными способами деятельности войск по ликвидации бандформирова­ний в 1947 — 1950 гг. являлись разведывательно-поисковые действия, разведыва­тельные рейды, прочесывание местности. Наибольшую результативность войска показывали при действиях в составе РПГ. Применялись также засады, секреты и патрули, однако их эффективность была незначительной, особенно если они вы­ставлялись или высылались при отсутствии достоверных разведывательных дан­ных. Периодически в населенных пунктах в местах массового скопления людей проводились внезапные проверки документов. В том случае, если о проведении таких мероприятий заблаговременно становилось известно подпольной сети ОУН, они практически ничего не давали.

Провал ряда операций заставил командование внутренних и пограничных войск в директивном порядке запретить их проведение без предварительно раз­работанного и утвержденного старшим оперативным начальником единого пла­на взаимодействия. Кроме того, обязательным стал тщательный анализ каждой операции и доведение, в части касающейся, ее результатов до всего личного со­става.

На первых порах, пользуясь ошибками государственных органов, национа­листам удалось организовать широкомасштабное вооруженное сопротивление. Лишь отойдя от шаблона, взяв на вооружение методы контрпартизанской борь­бы, наладив работу с населением, удалось в течение нескольких лет нанести мощ­ные удары по ОУН-УПА. Они были подкреплены широким комплексом мер, ре­ализованных в экономической, культурной, образовательной и информацион­ной сферах.

Основой деятельности субъектов государственной власти, привлеченных к борьбе с бандитизмом, стала оперативно-войсковая и разъяснительная работа.

Используя всю совокупность профилактических и репрессивных мер, надо постоянно помнить, что главным условием успеха в борьбе с разрушительными проявлениями национального экстремизма, барьером на пути развития негатив­ных этнополитических процессов является, прежде всего, поступательное разви­тие экономики страны и каждого ее региона в отдельности. История не знает примеров, когда от сильного в экономическом плане федерального центра пыта­лось отделиться национальное меньшинство.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 50 | 0,416 сек. | 12.8 МБ