Каирский монолог

В четверг 4 июня Обама выступил в Каирском ислам­ском университете Аль-Азхар с речью, представляющий особый интерес для всех, кто внимательно следит за его политическими действиями ввиду того, какой огромной мощью обладает руководимая им сверхдержава.

Привожу его собственные слова, чтобы указать на ос­новные, по моему мнению, высказанные им идеи, резюми­руя таким образом его выступление в целях экономии вре­мени. Мы должны знать не только то, что он сказал, но и то, о чем он умолочал.

«Мы собрались в момент, когда существует напряжен­ность между США и мусульманами во всем мире…»

«Отношения между исламом и Западом включают века сосуществования и сотрудничества, но также конфликты и религиозные войны…»

«Колониализм отрицал права и возможности многих мусульман… «Холодная война» часто использовала страны с мусульманским большинством населения в качестве аген­тов, не принимая во внимание их собственные чаяния…»

«Экстремисты, прибегающие к насилию, воспользова­лись этой напряженностью…»

«Их действия привели к тому, что некоторые люди в моей стране стали считать ислам неизбежно враждебным в отношении не только США и стран Запада, но и прав че­ловека…»

«Я прибыл сюда в поисках нового начала для США и мусульман во всем мире, основывающегося на взаимных интересах и взаимном уважении…»

«Они частично совпадают и имеют общие принципы, принципы справедливости, прогресса, терпимости и ува­жения к достоинству всех людей…»

«Ни одно выступление само по себе не может покон­чить с годами недоверия, и в имеющееся у меня время я не могу ответить на все сложные вопросы, приведшие нас к этой встрече…»

«Как нам говорит Священный Коран, «сознавайте, что Бог есть, и всегда говорите правду»…»

«Я христианин, но мой отец принадлежал к кенийской семье, где многие поколения были мусульманами. Ребен­ком я прожил ряд лет в Индонезии и слышал призыв к мо­литве на рассвете и вечером. В молодости я работал сре­ди чикагских общин, где многие находили достоинство и мир в своей мусульманской религии…»

«Именно ислам — в таких местах, как Университет Аль-Азхар — нес на протяжении многих веков факел обу­чения и подготовил пути к Возрождению и веку просве­щения в Европе…»

«С момента нашего основания американские мусуль­мане обогатили Соединенные Штаты…»

«Они сражались в наших войнах, работали для прави­тельства, защищали гражданские права…»

«Часть моей ответственности как президента США — бороться против отрицательных стереотипов ислама, где бы они ни возникали…»

«Соединенные Штаты не отвечают стереотипу грубой империи, заботящейся только о своих интересах…»

«Мечта о возможностях для всех людей не стала явью во всех случаях…»

«Слова сами по себе не удовлетворяют потребностей наших народов…»

«Когда на людей обрушился новый вид гриппа, все мы оказались в опасности…»

«Когда одна страна добывает ядерное оружие, всем странам грозит большая опасность ядерного нападения…»

«Любой режим мира, возвышающий какую-либо стра­ну или группу людей над другими, неизбежно обречен на поражение…»

«В Анкаре я ясно сказал, что Соединенные Штаты не находятся и никогда не будут находиться в состоянии вой­ны с исламом…»

«Мы отвергаем то же, что отвергают люди всех вероис­поведаний: убийство невинных мужчин, женщин и детей…»

«Есть люди, ставящие под сомнение или оправдываю­щие события 11 сентября…»

«Жертвами были невинные мужчины, женщины и дети США…»

«Пусть будет ясно: мы не хотим держать свои войска в Афганистане. Мы не хотим иметь там военные базы. Со­единенным Штатам больно терять своих молодых людей. Продолжение этого конфликта стоит очень дорого поли­тически и экономически. Мы очень охотно отправили бы домой все наши войска, если бы у нас была уверенность, что в Афганистане и Пакистане нет проповедующих наси­лие экстремистов, готовых убивать всех американцев, ка­ких только можно…»

«Священный Коран учит, что тот, кто убивает одного невинного, убивает все человечество, и кто спасает одно­го человека, спасает все человечество…»

«В отличие от Афганистана, мы сами предпочли на­чать войну в Ираке, и это вызвало сильный антагонизм в моей стране и во всем мире…»

«…Я также думаю, что события в Ираке напомнили Соединенным Штатам Америки, что, когда это возмож­но, необходимо использовать дипломатию и добиваться консенсуса на международном уровне, чтобы решать наши проблемы…»

«Сегодня на США лежит двойная ответственность: помочь Ираку выковать лучшее будущее и оставить Ирак в руках иракцев…»

«Я ясно сказал иракскому народу, что мы не хотим иметь там военные базы и не хотим претендовать на ка­кую бы то ни было часть их территории и их ресурсов…»

«Суверенитет Ирака в его руках. Поэтому я приказал вернуть наши боевые бригады к августу этого года…»

«…Вывести наши боевые части из иракских городов к июлю и все наши войска из Ирака к 2012 году…»

«11 сентября было огромной травмой для нашей страны…»

«…В некоторых случаях это привело нас к тому, что мы действовали вопреки нашим идеалам…»

«Я однозначно запретил применение пыток США и распорядился закрыть тюрьму в бухте Гуантанамо к нача­лу будущего года…»

«Соединенные Штаты будут защищаться, уважая суве­ренитет наций и веления закона…»

«Второй важный источник напряженности, который нам необходимо обсудить, — это ситуация, сложившаяся между израильтянами, палестинцами и арабским миром…»

«Тесные связи США с Израилем хорошо известны. Эти связи нерушимы…»

«С другой стороны, также нельзя отрицать, что па­лестинский народ — мусульмане и христиане — также перенес страдания в борьбе за то, чтобы иметь родину. В течение более шестидесяти лет он выносил боль пере­мещения…»

«Многие, находясь в лагерях беженцев на Западном берегу, в секторе Газа и на прилегающих территориях, на­деются иметь мирную жизнь и безопасность, каких у них не было никогда…»

«Пусть не остается никаких сомнений: ситуация па­лестинского народа невыносима. Соединенные Штаты не повернутся спиной к законным чаяниям палестинцев, их надеждам на достоинство, возможности и собственное го­сударство…»

«Два народа со своими законными чаяниями, каждый со своей омраченной болью историей, что затрудняет дос­тижение соглашения…»

«Легко возлагать вину — палестинцам винить в пере­мещении основание государства Израиль, а израильтянам винить палестинцев в постоянной враждебности и напа­дениях на протяжении всей их истории внутри и за пре­делами их границ…»

«Если рассматривать этот конфликт только с одной или другой стороны, мы не сможем увидеть правду…»

«Единственное решение в том, чтобы чаяния обеих сторон нашли удовлетворение в двух государствах, где из­раильтяне и палестинцы имели бы мир и безопасность…»

«В течение веков люди черной расы в США страдали от ударов бича, будучи рабами, и от унижения сегрегации. Но они добились полных и равных прав не путем насилия…»

«ХАМАС должен прекратить насилие, признать ранее принятые соглашения и признать право Израиля на суще­ствование…»

«Израильтяне должны признать, что так же, как нель­зя отрицать право Израиля на существование, нельзя от­рицать право Палестины. Соединенные Штаты не призна­ют законности новых израильских поселений…»

«Данное строительство нарушает ранее принятые со­глашения и подрывает усилия ради достижения мира. Пора положить конец этим поселениям…»

«Израиль также должен выполнять свои обязательст­ва гарантировать, чтобы палестинцы могли жить, работать и развивать свое общество…»

«Прогресс в повседневной жизни палестинского наро­да должен быть частью пути к миру, и Израиль должен сде­лать конкретные шаги, чтобы допустить этот прогресс…»

«Уже нельзя использовать арабско-израильский кон­фликт, чтобы отвлекать население арабских стран и мас­кировать существование других проблем…»

«Третий источник напряженности — это наша общая заинтересованность в правах и ответственности стран по отношению к ядерному оружию…»

«В разгар холодной войны Соединенные Штаты сыг­рали роль в свержении демократически избранного иран­ского правительства…»

«Со времени Исламской революции Иран играл роль в похищениях и актах насилия, направленных против аме­риканских военных и гражданских лиц…»

«Вместо того, чтобы пребывать в путах прошлого, я ясно сказал лидерам и народу Ирана, что моя страна го­това оставить это позади. Вопрос сейчас не в том, чему противится Иран, а скорее в том, какое будущее он хочет выковывать…»

«Будет трудно преодолеть десятилетия недоверия, но мы будем двигаться вперед отважно, откровенно и убеж­денно. У наших двух стран есть много вопросов, которые надо обсудить, и мы готовы идти вперед без предваритель­ных условий, основываясь на взаимном уважении…»

«Я понимаю тех, кто протестует против того, чтобы у некоторых стран было оружие, которого нет у других. Ни одна страна сама по себе не должна определять, какие страны должны иметь ядерное оружие. Поэтому я твердо подтверждаю обязательство США стремиться к миру, где ни у одной страны не будет ядерного оружия…»

«Любая страна — включая Иран — должна иметь пра­во использовать ядерную энергию в мирных целях, если она выполняет свои обязательства в соответствии с Дого­вором о нераспространении ядерного оружия…»

В этих главных темах его выступления и заключается главная цель посещения Обамой этого Исламского уни­верситета в Египте.

Нельзя винить нового президента США в ситуации, сложившейся на Ближнем Востоке. Очевидно, что он хо­чет найти выход из чрезвычайно запутанного положения, созданного там его предшественниками и самим развити­ем событий на протяжении последних 100 лет.

Даже сам Обама, работая в негритянских общинах Чи­каго, не мог вообразить, что страшные последствия фи­нансового кризиса добавятся к факторам, сделавшим воз­можным его избрание в качестве президента общества, от­личающегося расизмом.

Он вступает в должность в момент, чрезвычайно слож­ный для его страны и для мира. Он пытается решить про­блемы, которые, быть может, считает более простыми, чем они являются на самом деле. Века колониальной и капита­листической эксплуатации уступили место миру, где горст­ка сверхразвитых и богатых стран сосуществует с другими, неимоверно бедными, поставляющими сырье и рабочие руки. Если добавить Китай и Индию — две страны с дейст­вительно развивающейся рыночной экономикой, — борь­ба за природные ресурсы и рынки создает полностью но­вую ситуацию на планете, где еще не гарантировано само выживание рода человеческого.

Африканские корни Обамы, его бедное происхожде­ние и его поразительное восхождение пробуждают наде­жды во многих, кто, словно утопающие, ищут якорь спа­сения посреди бури.

Правильно его утверждение о том, что «любой режим мира, возвышающий какую-либо страну или группу людей над другими, неизбежно обречен на поражение», или ко­гда он говорит, что «люди всех вероисповеданий отверга­ют убийство невинных мужчин, женщин и детей», или ко­гда подтверждает перед всем миром, что возражает про­тив применения пыток.

В целом, ряд его приведенных высказываний теоре­тически правилен; он ясно ощущает необходимость того, чтобы все страны, конечно безо всякого исключения, от­казались от ядерного оружия. Известные и влиятельные деятели США видят в этом большую опасность, по мере того как технология и науки открывают всем доступ к ра­диоактивным материалам и формам его использования, даже в малых количествах.

Еще рано судить, насколько он берет на себя обяза­тельства в отношении выраженных им идей и до какой степени он готов следовать, например, намерению доби­ваться мирного соглашения на справедливых основах с га­рантиями для всех государств Ближнего Востока.

Наибольшая трудность нынешнего президента состо­ит в том, что провозглашаемые им принципы находятся в противоречии с политикой, которой следовала сверхдер­жава в течение почти семи десятилетий, с тех пор как в августе 1945 года затихли последние бои Второй мировой войны. Я не касаюсь сейчас ее агрессивной и экспансиони­стской политики в отношении народов Латинской Амери­ки и в особенности Кубы, когда она еще далеко не была са­мой могущественной страной мира.

Каждая из норм, провозглашенных Обамой в Каире, противоречит интервенциям и войнам, организованным США. Первой из них была знаменитая «холодная война», которую он упоминает в своем выступлении, развязанная правительством его страны. Идеологические различия с Советским Союзом не оправдывали враждебность к это­му государству, принесшему в жертву более 25 миллионов человек в борьбе с нацизмом. В эти дни Обама не отме­чал бы 65-ю годовщину высадки в Нормандии и освобож­дения Европы, если бы не было крови, пролитой миллио­нами солдат, которые погибли, сражаясь с элитными вой­сками нацистов. Те, кто освободил оставшихся в живых заключенных из известного концлагеря Освенцим, были солдатами советской армии. Мир не ведал, что происходи­ло, хотя немалому числу лиц в официальных кругах Запада эти факты были известны. Так же, как были зверски уби­ты миллионы еврейских детей, женщин и стариков, мил­лионы русских детей, женщин и стариков погибли вслед­ствие грубой интервенции нацистов, искавших жизненно­го пространства. Запад делал уступки Гитлеру и вступил в заговор, чтобы выдвинуть его, и в конце концов бросил его на захват и колонизацию славянской территории. Во

Второй мировой войне советские были союзниками США, а не их врагами.

На два беззащитных города — Хиросиму и Нагаса­ки — были сброшены две атомные бомбы, чтобы опробо­вать их действие. Там погибли в большинстве своем япон­ские дети, женщины и старики.

Если анализировать войны, задуманные, поддержан­ные или осуществленные США в Китае, Корее, Вьетнаме, Лаосе, Камбодже, в числе миллионов погибших было мно­го детей, женщин и стариков.

Колониальные войны Франции и Португалии после Второй мировой войны поддерживались США; государст­венные перевороты и интервенции в Центральной Амери­ке, Панаме, Санто-Доминго, Гренаде, Чили, Парагвае, Уруг­вае, Перу и Аргентине — все они проходили при содейст­вии и были поддержаны США.

Израиль не был ядерной державой. Создание государ­ства на территории, откуда евреи были изгнаны Римской империей 2 тысячи лет назад, было искренне поддержано Советским Союзом и многими другими странами мира. После победы Кубинской революции мы более десятиле­тия поддерживали отношения с этим государством, пока их захватнические войны против палестинцев и других арабских народов не привели нас к разрыву. Без какого бы то ни было перерыва сохраняется полное уважение к культу и религиозной деятельности евреев.

Соединенные Штаты никогда не возражали против за­хвата Израилем арабских территорий и не протестовали против террористических методов, применявшихся про­тив палестинцев. Наоборот, они создали там ядерную дер­жаву, одну из самых передовых в мире, в самом сердце арабской и мусульманской территории, превратив Ближ­ний Восток в один из самых опасных пунктов планеты.

Сверхдержава также использовала Израиль для по­ставки ядерного оружия армии апартеида в Южной Афри­ке, чтобы применить его против кубинских войск, которые вместе с ангольскими и намибийскими силами защища­ли Народную Республику Ангола. Это достаточно недав­ние факты, которые наверняка известны нынешнему пре­зиденту США. Потому мы хорошо знаем, каким агрессив­ным и опасным для мира является израильский ядерный потенциал.

После трех начальных пунктов Обама в своей речи в Каире обратился к философии и разъяснению внешней по­литики США:

«Четвертый вопрос, который я хочу рассмотреть, это демократия…»

«Позвольте мне сказать ясно: ни одна страна не может и не должна навязывать другой систему правления…»

«Соединенные Штаты не претендуют на то, чтобы знать, что лучше всего для всех, так же, как мы не пре­тендовали бы на определения результата мирных выбо­ров…»

«Но у меня есть твердое убеждение в том, что все люди желают определенных вещей: возможности выска­зываться свободно и иметь право голоса в избрании фор­мы правления; веры в правовое государство и беспристра­стность правосудия…»

«Это не только американские идеи, это права челове­ка, и поэтому мы будем поддерживать их везде…»

«Пятый вопрос, который мы должны рассмотреть вме­сте, это свобода вероисповедания…»

«У ислама имеется горделивая традиция терпимости… Я видел это собственными глазами, будучи ребенком в Ин­донезии, где набожные христиане свободно исповедовали свою веру в преимущественно мусульманской стране…»

«Среди некоторых мусульман существует тревожная тенденция мерить собственные верования на основе от­рицания всех остальных…»

«Также следует прекратить разделение между мусульма­нами, поскольку разобщение между суннитами и шиитами вылилось в трагическое насилие, в особенности в Ираке…»

«Важно, чтобы страны Запада не препятствовали му­сульманским гражданам исповедовать свою религию так, как им нравится, например, диктуя, какую одежду долж­ны носить мусульманские женщины. Мы не можем пря­тать враждебность к любой религии под предлогом ли­берализма…»

«Я отвергаю точку зрения некоторых лиц на Западе, считающих, что женщина, которая предпочитает покры­вать свои волосы, является некоторым образом менее рав­ной, но верю, что женщине, которой отказывают в обра­зовании, отказывают в равноправии. И это не совпадение, что страны, где женщины получают хорошее образование, имеют намного больше возможностей процветать…»

«Борьба за равноправие женщин продолжается во многих аспектах американской жизни и во многих стра­нах мира…»

«Наши дочери могут вносить свой вклад в общество так же, как наши сыновья, и можно способствовать наше­му общему процветанию, если мы позволим всему чело­вечеству — мужчинам и женщинам — реализовывать пол­ностью свой потенциал…»

«Интернет и телевидение могут распространять зна­ния и информацию, но также и оскорбительную сексуаль­ность и неразумное насилие. Торговля может приносить новое богатство и возможности, но также и огромные на­рушения и изменения для общин…»

« Будем вкладывать капиталы в обучение через Ин­тернет для учителей и детей всего мира и создадим новую сеть Интернета, так чтобы подросток в Канзасе мог мгно­венно связываться с подростком в Каире…»

«Мы несем ответственность за то, чтобы объединить­ся ради блага мира, который мы хотим создать: мира, где экстремисты уже не угрожали бы нашим народам и аме­риканские солдаты могли бы вернуться домой, мира, где как израильтяне, так и палестинцы жили бы безопасно в собственном государстве и ядерная энергия использова­лась бы в мирных целях…»

«Это мир, какого мы хотим. Но мы можем создать его только вместе…»

«Легче начать войны, чем закончить их…»

«Обращаться с другими так, как ты хотел бы, чтобы обращались с тобой…»

«У нас есть силы создать мир, какого мы хотим, но только если у нас будет мужество положить новое нача­ло, с учетом того, что записано…»

«Священный Коран говорит нам: «О человечество! Мы создали мужчин и женщин и объединили их в народы и племена, так чтобы они узнали друг друга»…»

«Талмуд нам говорит: «Цель всей Торы — нести мир»…»

«Святая Библия нам говорит: «Благословенны те, кто несет мир; они будут зваться сынами Божьими»…»

«Народы мира могут жить вместе и в мире…»

Как мы видим, обращаясь к четвертой теме своего выступления в Университете Аль-Азхар, Обама впадает в противоречие.

Начав свои слова, как ему свойственно, афоризмом и утверждая, что «…ни одна страна не может и не должна навязывать другой систему правления» — принцип, запи­санный в Уставе Организации Объединенных Наций в ка­честве главного элемента международного права, — он не­медленно противоречит себе, высказав символ веры, кото­рый превращает Соединенные Штаты в верховного судью демократических ценностей и прав человека.

Затем он обращается к вопросам, связанным с эконо­мическим развитием и равенством возможностей. Он дает обещания арабскому миру, указывает на преимущества и противоречия. Это действительно может выглядеть пиа­ровской кампанией со стороны США, направленной на му­сульманские страны, что в любом случае лучше, чем гро­зить им бомбардировками и разрушением.

В конце выступления темы достаточно перемешаны.

Если принимать во внимание длину его выступления и то, что он произносил его без бумажек, число ляпсусов совершенно незначительно по сравнению с его предшест­венником, который ошибался в каждом абзаце. Обама ис­ключительно коммуникабелен.

Я обычно с интересом наблюдаю за историческими, политическими и религиозными церемониями.

Выступление в Университете Аль-Азхар казалось мне чем-то нереальным. Даже папа Бенедикт XVI не произ­нес бы более экуменических фраз, чем Обама. Я предста­вил себе на секунду набожного мусульманина, католика, христианина или еврея или человека любого другого ве­роисповедания, слушающего президента в большом зале Университета Аль-Азхар. В определенный момент я не мог понять, находится ли он в католическом соборе, христи­анском храме, мечети или синагоге.

Рано утром он отправился в Германию В течение трех дней он посетил центры, имеющие политическое значение. Участвовал и выступал на всех памятных актах. Посетил музеи, встретился со своей семьей, ужинал в знаменитых ресторанах. Он обладает впечатляющей работоспособно­стью. Еще долго не увидишь ничего подобного.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,113 сек. | 12.62 МБ