Кандидат-республиканец. Часть 5

Более двух недель назад, 27 января 2008 года, была на­печатана статья Чалмерса Джонсона «Кризис долга — са­мая большая угроза для США». Этот американский автор не был отмечен прежде Нобелевской премией, как Джо­зеф Стиглиц, авторитетный и известный экономист и пи­сатель, или сам Милтон Фридман, вдохновитель неолибе­рализма, который повел многие страны, включая Соеди­ненные Штаты, по этому гибельному пути. Фридман был самым активным защитником экономического либерализ­ма, не допускающего никакого регулирования со сторо­ны правительства. Его идеи питали Маргарет Тэтчер и Ро­нальда Рейгана. Активный член республиканской партии, он был консультантом Ричарда Никсона, Рональда Рейга­на и зловещего Аугусто Пиночета. Он умер в ноябре 2006 года в возрасте 94 лет, написав множество произведений, в том числе «Капитализм и свобода»…

Говоря о статье Чалмерса Джонсона, я строго придержи­ваюсь использованных им неопровержимых аргументов.

«С наступлением 2008 года сами Соединенные Штаты находятся в анормальном положении, когда не могут оп­латить свой собственный высокий уровень жизни и свой расточительный, преувеличенно раздутый военный ис­теблишмент. Их правительство даже не пытается сокра­тить разорительные расходы на поддержание огромных постоянных армий, замену разрушенной или изношенной за семь лет войны техники и подготовку войны в космиче­ском пространстве против неизвестных противников.

В свою очередь, правительство Буша откладывает эти затраты, чтобы их оплатили — или не признали — будущие поколения. Эта финансовая безответственность замаски­рована применением многочисленных ловких финансовых уловок. Таких, например, как попытка заставить более бед­ные страны одалживать нам беспрецедентные суммы. Но быстро приближается момент сведения счетов.

В нашем кризисе долга имеется три обширных аспек­та. Первый: в этом финансовом 2008 году мы тратим умо­помрачительное количество денег на «оборонные» проек­ты, которые не имеют ничего общего с национальной безо­пасностью США. Одновременно мы поддерживаем налоги на доходы самых богатых секторов американского населе­ния на поразительно низком уровне.

Во-вторых, мы продолжаем верить, что можем ком­пенсировать ускоренную эрозию нашей базы товарного производства и нашей потери рабочих мест другим стра­нам посредством массивных военных расходов…

Третье: в своем преклонении перед милитаризмом мы перестали инвестировать в нашу социальную инфраструк­туру и другие долгосрочные требования здравоохранения в нашей стране…

Наша система государственного образования ухудша­ется тревожным образом. Мы не обеспечиваем медицин­ского обслуживания всех наших граждан и пренебрегаем своей ответственностью как загрязнителя номер один в мире. И что самое важное, мы утратили свою конкурен­тоспособность как изготовителей продукции для граждан­ских нужд — бесконечно более эффективное использова­ние скудных ресурсов, чем производство оружия…

Фактически невозможно преувеличить расточитель­ство, которое представляют собой расходы нашего прави­тельства на вооруженные силы. Расходы, запланированные министерством обороны на финансовый 2008 год выше, чем все остальные военные бюджеты вместе взятые. До­полнительный бюджет, чтобы оплачивать нынешние вой­ны в Ираке и Афганистане, уже сам по себе больше, чем военные бюджеты России и Китая вместе взятые. Расхо­ды на финансовый 2008 год, связанные с обороной, впер­вые в истории превысят триллион долларов, и Соединен­ные Штаты сами по себе превратились в самого крупного продавца оружия и боеприпасов другим странам мира…

Цифры, опубликованные Справочной службой кон­гресса и Бюджетным бюро конгресса, не совпадают одни с другими…

Имеются многочисленные причины для этих фокусов с бюджетом, включая желание сохранить секрет со сторо­ны президента, министра обороны и военно-промышлен­ного комплекса. Но главная причина — это то, что члены конгресса, получающие огромные выгоды от рабочих мест в обороне и от оппортунистических проектов, чтобы сни­скать себе расположение электората в своих округах, из политических соображений заинтересованы в том, чтобы поддерживать министерство обороны…

Например, 23,4 миллиарда долларов для министерст­ва энергетики идут на разработку и сохранение ядерных боеголовок, 25,3 миллиарда долларов на бюджет государ­ственного департамента потрачены на военную помощь за рубежом. Министерство по делам ветеранов получает сей­час, по меньшей мере, 75,7 миллиарда долларов, 50 процен­тов из которых идут на долгосрочное обслуживание самых страшно изувеченных среди 28 870 солдат до настоящего времени, раненных в Ираке, и 1708, раненных в Афгани­стане. Еще 46,4 миллиарда долларов предназначаются ми­нистерству внутренней безопасности; 1,9 миллиарда дол­ларов — министерству юстиции на военизированные дей­ствия ФБР; 38,5 миллиарда долларов — государственному казначейству для пенсионного фонда Вооруженных сил; 7,6 миллиарда — на деятельность, связанную с вооружен­ными силами НАСА; и значительно больше 200 миллиар­дов — на проценты по прошлым платежам, профинансиро­ванным с долгами. Это, по скромным подсчетам, доводит расходы США на свой военный истеблишмент в нынеш­нем финансовом 2008 году до, по меньшей мере, 1,1 трил­лиона долларов.

Подобные расходы являются не только непристойны­ми с моральной точки зрения, но и нестерпимыми с точки зрения финансовой. Многочисленные неоконсерваторы и патриотические плохо информированные американцы ду­мают, что даже если наш оборонный бюджет огромен, мы можем себе это позволить, поскольку являемся самой бога­той страной на земле… Это заявление уже несостоятельно.

Согласно Всемирной книге данных, издаваемой ЦРУ, самой богатой политической организацией в мире являет­ся Европейский союз. ВВП Европейского союза в 2006 году, по подсчетам, слегка превышал ВВП США. ВВП Китая в

2006 году был только чуть ниже ВВП США, и Япония была четвертой самой богатой страной мира.

Самым убедительным сравнением, показывающим, до какой степени наше положение ухудшается, могут стать «текущие счета» нескольких стран. Текущий счет измеряет чистое положительное сальдо торгового баланса или дефи­цит одной страны плюс международные уплаты процентов, роялти, дивиденды, капитал прибылей, иностранную по­мощь и другие поступления. Чтобы Япония что-нибудь из­готовляла, ей надо импортировать все необходимое сырье. После совершения этих невероятных затрат ей еще удается иметь положительное сальдо торгового баланса с США в 88 миллиардов долларов в год и второй баланс текущих операций в мире по его объему. Китай стоит на первом месте. Соединенные Штаты занимают 163-е место — по­следнее в списке, хуже таких стран, как Австралия и Вели­кобритания, у которых также имеются большие дефициты торгового баланса. Их дефицит текущих статей торгового баланса в 2006 году составлял 811,5 миллиарда долларов, вторым наихудшим был дефицит Испании — 106,4 милли­арда долларов. Это действительно нестерпимо…

Наши чрезмерные военные расходы возникли не всего лишь за несколько лет. Это делали в течение долгого вре­мени, следуя поверхностно похвальной идеологии, а теперь начинают причинять ущерб. Я называю это «военным кей-несианством». Это решимость поддерживать постоянную военную экономику и рассматривать военное производст­во как обычный экономический продукт, хотя он не вносит никакого вклада ни в производство, ни в потребление…

Великая депрессия тридцатых годов была преодоле­на только благодаря подъему военного производства во время Второй мировой войны… Следуя этой концепции, американские стратеги начали создавать массовую про­мышленность по производству боеприпасов: как чтобы противостоять военной мощи Советского Союза, кото­рую значительно преувеличивали, так и чтобы сохранить полную занятость и предупредить возможное возвраще­ние к депрессии.

В результате под руководством Пентагона были созда­ны совершенно новые отрасли промышленности для изго­товления больших самолетов, атомных подводных лодок, ядерных боеголовок, межконтинентальных баллистиче­ских ракет и спутников наблюдения и связи. Это привело к тому, о чем предупреждал президент Эйзенхауэр в сво­ем прощальном выступлении 6 февраля 1961 года: «Соеди­нение огромного военного истеблишмента и крупной ору­жейной промышленности является новым в американской жизни». То есть это — военно-промышленный комплекс.

В 1990 году стоимость оружия, снаряжения и заводов, принадлежащих министерству обороны, составляла 83 процента стоимости всех заводов и оборудования в аме­риканской промышленности… Зависимость США от «во­енного кейнесианств» «возрастала, хотя Советского Сою­за уже не существует…

Преданность «военному кейнесианству» является, в сущности, формой медленного экономического само­убийства…

Историк Томас Вудс-младший отмечает, что в пятиде­сятые и шестидесятые годы от трети до двух третей всех американских научно-исследовательских талантов были направлены в военный сектор… В период с сороковых го­дов по 1996 год Соединенные Штаты затратили, по край­ней мере, 5,8 триллиона долларов на разработку, испытание и производство атомных бомб. В 1967 году, явившемся пи­ком ядерного арсенала, Соединенные Штаты имели 32 500 транспортируемых атомных и водородных бомб…

Ядерное оружие было не только секретным оружи­ем США, но также и секретным экономическим оружием. В 2006 году у нас было 9960 единиц (самых современных), которым в настоящее время нет разумного применения, тогда как триллионы, затраченные на их производство, можно было бы использовать для решения проблем со­циального обеспечения и медицинского обслуживания, ка­чественного обучения и всеобщего доступа к образованию, не говоря уже об удержании высококвалифицированных рабочих мест в рамках американской экономики…

Нашему краткосрочному пребыванию в качестве «единственной сверхдержавы» мира пришел конец…

В настоящее время мы уже не являемся главной миро­вой страной-кредитором. В действительности сейчас мы самая крупная страна-должник мира и продолжаем ока­зывать влияние лишь на основе военных подвигов.

Часть причиненного ущерба никогда нельзя будет ис­править.

Некоторые шаги эта страна должна предпринять в срочном порядке. Они включают отмену сокращений на­логов для богатых, сделанных Бушем в 2001 и в 2003 годах, начало ликвидации нашей глобальной империи с более чем 800 военными базами, изъятие из оборонного бюджета всех проектов, не связанных с национальной безопасно­стью США, и прекращение использовать оборонный бюд­жет в качестве кейнесианской программы для создания ра­бочих мест. Если мы это сделаем, то у нас будет возмож­ность спастись в самый последний момент. Если мы не сделаем этого, то столкнемся с вероятностью националь­ной неплатежеспособности и долгой депрессией…»

Проконсультировавшись в Интернете относительно произведений Джонсона, я нашел уже готовый ответ. Что там говорится? Нечто, что привожу очень кратко:

«Джонсон аргументирует, что Соединенные Штаты являются своим наихудшим врагом. «Скорее раньше, чем позже, — заверяет он, — высокомерие США приведет их к падению. Осталось мало времени, чтобы избежать финан­сового и морального банкротства». Далее он приходит к следующему заключению: «Мы находимся на грани поте­ри демократии во имя сохранения нашей империи». Про­изведения Джонсона описываются как «полемические»… В то время как многие из нас уже не реагируяют на жесто­кости, совершаемые Белым домом, возмущение Джонсона администрацией — ее меморандумами о пытках, ее презре­нием к свободной публичной информации, ее насмешкой над выполняемыми договорами — остается сильным. Воз­можно, это связано с его консервативным прошлым: лей­тенант военно-морского флота в 50-е годы, консультант ЦРУ с 1967 по 1973 г. и защитник в течение долгого време­ни войны во Вьетнаме, Джонсон только запоздало пришел в ужас от американского милитаризма и интервенциониз­ма. Сейчас он пишет, словно хочет наверстать упущенное время. Самый выдающийся вклад Джонсона в дебаты об американской империи — его документация, касающаяся обширной сети военных баз США за рубежом…»

«Много лет назад можно было охарактеризовать экс­пансию империализма путем подсчета колоний», — пи­шет Чалмерс Джонсон в книге «Немезида: Последние дни Американской республики». — Американская версия ко­лонии — это военная база…» «Немезида» — книга о жест­кой власти. Сравнивая отдаленные базы США с римски­ми гарнизонами, Джонсон утверждает, что немногое изме­нилось со времен Цезаря и Октавия. Однако с наличием ядерного оружия в руках крупных держав и мелких стран военная мощь может только привести к обоюдному унич­тожению. Наши войска окружены…»

«Каждая из полных эрудиции глав Джонсона как учит, так и смущает. Однако его подразумеваемой иеремиаде о смерти демократии недостает аналитической силы. Джон­сон смотрит с недоверием на «тех, кто думает, что прави­тельственная структура в сегодняшнем Вашингтоне имеет некоторое сходство с намеченной в Конституции 1787 года. Такой пессимизм кажется чрезмерным. Республика пере­жила Ричарда Никсона и Эдгара Гувера, и демократия, не­смотря на полученные удары, также переживет и Буша».

Аргументы для того, чтобы дать конкретный ответ на статью, опубликованную Джонсоном 27 января, требуют несколько большего, чем провозглашения веры в демокра­тию и свободу.

Несколько месяцев назад, внимательно анализируя бо­лее 400 страниц перевода мемуаров Алена Гринспена, ко­торый в течение 16 лет был президентом Федеральной ре­зервной системы США, под названием «Эра турбулентно­сти», я понял секрет его огромного беспокойства: это то, что начинает происходить сейчас. В сущности, я ясно по­нимал последствия, страшные для системы, если печатать купюры и тратить их без ограничений…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,116 сек. | 12.54 МБ