Самоубийственная ошибка

В одной из статей, написанных в четверг 25 июня, я отметил: «Мы не знаем, что произойдет в Гондурасе се­годня ночью или завтра, но мужественное поведение Се-лайи войдет в историю». А двумя абзацами выше указал: «То, что там произойдет, будет испытанием для Органи­зации американских госудрств и для нынешней админи­страции США…».

На следующий день доисторическая межамериканская организация собралась в Вашингтоне и в блеклой и вя­лой резолюции пообещала немедленно сделать соответст­вующие шаги, чтобы добиваться согласия между враждую­щими сторонами. То есть предлагались переговоры между путчистами и конституционным президентом Гондураса.

Занимавший высокий пост военный, продолжавший находиться во главе гондурасских вооруженных сил, вы­ступал с публичными заявлениями, расходящимися с по­зицией президента, только чисто формально признавая его власть.

Путчистам не нужно было от ОАГ ничего другого. Им было наплевать на присутствие большого числа междуна­родных наблюдателей, приехавших в эту страну, чтобы за­свидетельствовать проведение всенародной консультации. Селайя говорил с ними до поздней ночи. Сегодня еще до рассвета на резиденцию президента было брошено около 200 профессиональных, хорошо подготовленных и воору­женных солдат, которые, грубо отстранив команду почет­ного караула, похитили спавшего в тот момент Селайю. Его отвозят на военно-воздушную базу, насильно сажают в са­молет и перевозят в один костариканский аэропорт.

В 8.30 часов утра мы узнали по каналу «Телесур» о на­падении на президентскую резиденцию и о похищении. Президент не смог присутствовать на акте начала всена­родной консультации, которая должна была происходить в это воскресенье. Было неизвестно, что с ним сделали.

Официальный телеканал был отключен. Они хотели помешать преждевременному распространению известия о предательской акции через каналы «Телесур» и «Куба-висьон интернасьональ», которые сообщали о случившем­ся. Для этого они прервали работу ретрансляционных цен­тров и в конце концов отключили электроэнергию во всей стране. Конгресс и верховный суд, замешанные в загово­ре, еще не опубликовали решений, оправдывавших комп­лот. Сначала они осуществили безобразный военный пе­реворот, а затем легализовали его.

Народ проснулся, когда все уже было покончено, и на­чал реагировать с растущим возмущением. Было неизвест­но, где находился Селайя.

Через три часа реакция народа достигла такого преде­ла, что было видно, как женщины били кулаками солдат, у которых автоматы почти что выпадали из рук от расте­рянности и нервозности. Поначалу их движения казались жестами странного боя с призраками, позже они пытались закрыть руками камеры канала «Телесур», дрожа, настав­ляли автоматы на репортеров, и иногда, когда люди насту­пали, солдаты отступали. Прислали бронетранспортеры с орудиями и пулеметами. Население бесстрашно спорило с расчетами бронетранспортеров; реакция народа была по­разительной.

Около 2 часов дня, в координации с путчистами, при­рученное большинство конгресса сняло с поста конститу­ционного президента Гондураса Селайю и назначило ново­го главу государства, уверяя мир, что президент отрекся, представляя подделанную подпись. Несколькими минута­ми позже Селайя, находясь в аэропорту в Коста-Рике, со­общил обо всем случившемся и категорически опроверг известие о его отречении. Заговорщики поставили себя в смешное положение перед всем миром.

Сегодня произошло еще много другого. Канал «Куба-висьон» полностью посвятил себя разоблачению перево­рота, все время информируя наше население.

Имели место факты чисто фашистского характера, ко­торые, хоть и не были неожиданными, все же не переста­ют удивлять.

Министр иностранных дел Гондураса Патрисия Родас была после Селайи основной мишенью путчистов. В ее ре­зиденцию был послан другой отряд. Она, отважная и ре­шительная, действовала быстро и, не теряя ни минуты, всеми способами обличала переворот. Наш посол связал­ся с Патрисией, чтобы узнать о ситуации, как это сдела­ли и другие послы. В определенный момент она попроси­ла дипломатических представителей Венесуэлы, Никара­гуа и Кубы приехать к ней, так как, подвергаясь яростным нападкам, она нуждалась в дипломатическом покровитель­стве. Наш посол, которому сразу же было дано разреше­ние оказывать конституционно назначенному и законно­му министру максимальную поддержку, отправился в ее резиденцию.

Когда они были уже у нее дома, командование путчи­стов послало майора Осегеру, чтобы ее арестовать. Они за­городили собой женщину и сказали ему, что она находится под дипломатическим покровительством и может двигать­ся только вместе с послами. Осегера спорит с ними, одна­ко в уважительной форме. Через несколько минут в дом проникает 12—15 человек в военной форме, с капюшона­ми на головах. Трое послов обнимают Патрисию, люди в капюшонах действуют грубым образом, и им удается отде­лить послов Венесуэлы и Никарагуа. Эрнандес так крепко держит ее за руку, что люди в капюшонах волокут их обоих вместе к фургону; их перевозят на военно-воздушную базу, где удается их разделить, и ее уводят. Пока Эрнандес нахо­дился там под арестом, Бруно, зная о похищении, связы­вается с ним по сотовому телефону. Один человек в капю­шоне пытается грубо вырвать у него телефон; кубинский посол, которого уже били в доме у Патрисии, кричит ему: «Не толкай меня, твою мать!». Не помню, было ли когда-нибудь произнесенное им выражение использовано Сер­вантесом, но несомненно, что Хуан Карлос Эрнандес обо­гатил наш язык.

Затем его бросили на дороге далеко от посольства и, перед тем как уехать, сказали ему, что если он все расска­жет, ему может быть хуже. «Нет ничего хуже смерти, — от­ветил он с достоинством, — но я все равно вас не боюсь!» Люди, жившие поблизости, помогли ему вернуться в по­сольство, откуда он немедленно снова связался с Бруно.

С этим путчистским высшим командованием нельзя вступать в переговоры, надо требовать его отставки и что­бы другие, более молодые офицеры, не связанные с оли­гархией, заняли командные посты, иначе никогда не будет в Гондурасе правительства «народа, выбранного народом и для народа».

Путчистам, загнанным в тупик и изолированным, нет никакого спасения, если подойти к проблеме с твердостью.

Даже госпожа Клинтон уже заявила во второй поло­вине дня, что Селайя является единственным президен­том Гондураса, а гондурасские путчисты и дышать не мо­гут без поддержки США.

Одетый еще несколько часов назад в ночную рубашку, Селайя будет признан всем миром как единственный кон­ституционный президент Гондураса.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,234 сек. | 18.74 МБ