Закон джунглей

Торговля внутри общества и между странами — это обмен товарами и услугами, которые производятся людь­ми. Хозяева средств производства присваивают себе при­быль. Они как класс руководят капиталистическим госу­дарством и хвалятся тем, что являются двигателями раз­вития и социального благосостояния при помощи рынка, которому поклоняются как непогрешимому богу.

Внутри каждой страны идет конкуренция между самы­ми сильными и самыми слабыми, между теми, кто обладает большей физической силой, лучше питается, кто научился читать и писать, кто посещал школы, кто накопил больше опыта, обладает большими связями, большими средствами, и теми, кто лишен этих преимуществ в обществе.

Между странами идет конкуренция между теми, у кого лучший климат, больше пригодной для обработки земли, больше воды, больше природных ресурсов на земле, где им выпало жить, когда больше нет территорий, чтобы их завоевывать, теми, кто обладает технологиями, боль­шим развитием и манипулирует бесконечными медийны­ми средствами, и теми, кто, напротив, не пользуется ни одной из этих прерогатив. Существуют иногда неизмери­мые различия между теми, кто считается богатыми и бед­ными странами.

Это закон джунглей.

Нет различий между нациями, когда речь идет об ум­ственных способностях человека. Научно это более чем доказано. Современное общество не было естествен­ной формой эволюции человеческой жизни; оно создано уже умственно развитым человеком, без него невозмож­но представить себе собственного существования. Таким образом, вопрос стоит так: сможет ли человек пережить привилегию обладать творческим умом.

Развитая капиталистическая система, максимальным выразителем которой является страна, богато одаренная природой, куда белый человек-европеец принес свои идеи, свои мечты и свои амбиции, переживает сегодня полный кризис. Это не обычный кризис, наступающий всякий раз через определенное число лет, и даже не травматический кризис тридцатых годов, а худший из всех с тех пор, как мир начал следовать этой модели роста и развития.

Нынешний кризис развитой капиталистической систе­мы происходит, когда империя близка к тому, чтобы сме­нить руководство на выборах, которые состоятся через двадцать пять дней. Это единственное, что еще предсто­ит увидеть.

Кандидаты обеих партий, решающих исход этих выбо­ров, пытаются убедить растерянных избирателей — мно­гие из которых никогда не утруждали себя голосовани­ем — что они как кандидаты на пост президента способны гарантировать благосостояние и консьюмеризм того, кого называют народом средних слоев, без малейшего намере­ния произвести подлинные изменения в том, что они счи­тают самой совершенной экономической системой, какую когда-либо знал мир — мир, который, конечно, согласно образу мышления каждого из них, менее важен, чем сча­стье трехсот с лишним миллионов человек — населения, не составляющего и пяти процентов жителей планеты.

Судьба других девяноста пяти процентов человечест­ва, война и мир, атмосфера, которой можно дышать или нет, зависят в большой степени от решений институцион­ного главы империи, если только этот человек имеет ре­альную власть в эпоху ядерного оружия и космических щитов, управляемых компьютерами в таких обстоятель­ствах, когда все решают секунды и этические принципы имеют все меньше значения. Однако нельзя игнорировать более или менее зловещую роль, какую играет президент этой страны.

В США существует глубокий расизм, и умы миллио­нов белых не смиряются с мыслью, что чернокожий чело­век с супругой и детьми займет Белый дом, который так и называется: Белый.

Просто чудом кандидат-демократ избежал судьбы Мартина Лютера Кинга, Малкольма Икс и других, которые в недавние десятилетия мечтали о равенстве и справедли­вости. Кроме того, он имеет привычку смотреть на про­тивника спокойно и смеяться над диалектическими осеч­ками оппонента, смотрящего в пустоту.

С другой стороны, кандидат-республиканец, лелеющий свою славу агрессивного человека, был одним из худших учащихся своего курса в Уэст-Пойнт. Как он сам признает­ся, он совершенно не знал математики, и можно предполо­жить, что еще менее разбирался в сложных экономических науках. Нет сомнения, что его противник превосходит его в уме и выдержке. Чего много у Маккейна, так это лет, и его здоровье не является полностью надежным.

Я упоминаю эти данные, чтобы указать на то, — если что-нибудь случится со здоровьем кандидата-республи­канца, ежели его выберут, — то дама с винтовкой, неопыт­ный бывший губернатор Аляски может стать президентом США. Видно, что она не разбирается абсолютно ни в чем.

Размышляя о нынешнем государственном долге США, которым президент Буш нагружает новые поколения этой страны — десять тысяч двести шестьдесят шесть триллио­нов — я решил прикинуть, какое время потребуется чело­веку, чтобы подсчитать долг, который за восемь лет прак­тически удвоился.

Предположив, что человек будет работать по восемь чистых часов в день, не теряя ни секунды, в быстром рит­ме, подсчитывая по сто купюр по одному доллару в ми­нуту, 300 рабочих дней в году, он затратит семьсот десять миллиардов лет, чтобы сосчитать эту сумму.

Я не нашел другой графической формы представить себе объем этой суммы денег, упоминаемой в эти дни поч­ти ежедневно.

Правительство США заявляет, чтобы избежать общей паники, что оно гарантирует сберегательные вклады, если они не превышают 250 тысяч долларов, и будет управлять банками и суммами, какие Ленин с его счетами не мог бы и вообразить, как подсчитать.

Мы можем сейчас спросить себя, какой вклад внесет администрация Буша в социализм. Но не будем строить иллюзий. Когда деятельность банков нормализуется, им­периалисты вернут эти суммы частным предприятиям, как делали некоторые страны в этом полушарии. По счетам всегда расплачивается народ.

Капитализм имеет тенденцию к воспроизводству при любой социальной системе, потому что исходит из эгоиз­ма и инстинктов людей.

У человеческого общества не остается иной альтерна­тивы как преодолеть это противоречие, потому что иначе оно не сможет выжить.

В этот момент море денег, выбрасываемых в мировые финансы центральными банками развитых капиталисти­ческих стран, сильно бьет по биржам государств, которые пытаются преодолеть экономическую отсталость и обра­щаются к этим учреждениям. На Кубе нет фондовой бир­жи. Несомненно, возникнут более рациональные, более со­циалистические формы финансирования.

Нынешний кризис и жестокие меры правительства США, принимаемые им, чтобы спастись, приведут к боль­шей инфляции, большей девальвации национальных ва­лют, большим болезненным потерям рынков, меньшим це­нам на экспортные товары, большему неравному обмену. Но они также принесут народам больше знания правды, больше сознательности, больше непокорности и больше революций.

Посмотрим теперь, как будет развиваться кризис и что произойдет в США через двадцать пять дней.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,119 сек. | 12.6 МБ