Исчезновение биолога

В тот день Жерар пришел в наш офис в явно раздраженном расположении духа. Я ожидал, что он сам поделится новостями, но он насупился и молчал.

— Какого черта ты нахохлился, как сыч? — не выдержал я.

—  Пустяки, — отозвался Жерар. — Иракский биолог позвонил мне вчера вечером и заявил, что хотел бы встретиться. Он, вроде бы, вспомнил не­что важное и интересное. Договорились на сего­дняшнее утро в том же кафе, а этот сукин сын не пришел и вообще как в воду канул.

Не пришел и как в воду канул? Эта история была мне слишком хорошо знакома для того, чтобы оста­вить меня равнодушным. Именно так, бесследно, не успев сообщить мне важную информацию, пропали Варламов, Руж и многие, многие другие. Поэтому к сообщению Жерара я имел основания отнестись более чем серьезно.

Взяв куртку, мы вместе с Жераром отправились на квартиру к «нашему» иракцу. Дверь была за­перта, на звонки и стук никто не отвечал. Ломать дверь мы не стали, опасаясь привлечь внимание соседей. Можно было под каким-то предлогом вы­звать полицию, чтобы дверь вскрыли копы, но мы боялись невольно сдать нашего знакомого тем, кто может его разыскивать. Оставалось ждать наступ­ления сумерек.

Вечером, прихватив с собой еще одного челове­ка (специалиста по открыванию сложных замков, который за хорошую плату согласился молчать и не проявлять излишнего любопытства), мы вновь очу­тились у знакомой двери. Через минуту она распах­нулась перед нами, открыв темную пасть коридора. Входить туда было страшновато, включать свет — тем более. Но мы уже привыкли ничего не бояться.

В квартире не было никого, ни единой живой души. Царила идеальная чистота и порядок, было даже как-то слишком пусто. Приглядевшись, мы поняли, почему создалось такое впечатление. Ин­терьер был крайне скуден, вещей практически не было. Мы открывали ящики шкафов и письменно­го стола — и не нашли ни одного документа, пись­ма, ни малейшего клочка бумаги.

Конечно, нельзя было исключать, что биолог бо­ялся обысков и прятал все свои бумаги. Но наш специалист-«взломщик» покачал головой и сказал:

—  Здесь уже побывали до нас.

—  Почему вы так думаете?

—  Посмотрите на эти полки. Они прогнулись, видимо, под весом книг или бумаг. Сейчас они пусты. Очевидно, кто-то вынес…

Конца фразы мы дослушать не успели. В дверь постучали, и громкий голос произнес: «Откройте, по­лиция!» Мы замерли, глядя друг на друга. Пытаться затаиться было бесполезно — мы включали свет, и наши силуэты наверняка отчетливо просматрива­лись в окне. Объяснять полицейским, что мы делали в чужой квартире, мне явно не хотелось. К тому же неизвестно, какую информацию о нас они получили от неизвестного доносчика. Да и полиция ли стояла за дверью? В этом я тоже не мог быть уверен.

Поэтому поведение законопослушного гражда­нина в этом случае исключалось. Я переглянулся со своими спутниками. Они все поняли без слов. И, бросившись к электрическому щитку, я одним движением сорвал предохранители. Квартира по­грузилась во тьму.

Жерар рванулся на балкон. Тем временем поли­цейские начали ломать дверь на наше счастье не­плохо укрепленную. Я присоединился к Жерару и посмотрел вниз. Мы находились на третьем этаже, довольно высоко. Но под окном виднелась цветоч­ная клумба, которая могла значительно смягчить па­дение. Полицейских на улице не было — очевидно, никто не рассчитывал, что мы начнем прыгать.

Первым пошел Жерар. Приземлившись, он тут же вскочил и отбежал в сторону, показывая, что у него все в порядке. Полицейских вокруг по-преж­нему не было. Следом прыгнул я — приземление оказалось на удивление мягким. И лишь когда тре­тий из нас коснулся земли, из-за густых кустов, завывая сиреной, выехала полицейская машина.

Но они просчитались. Мы бросились в подворот­ню, а затем через узкий проход между гаражами и старую свалку на территорию каких-то складов. Сирена смолкла вдали. Прозвучала пара выстрелов в воздух, но мы понимали, что преследователи по­теряли нас, и только прибавили скорость.

Судьба иракского биолога в тот момент совер­шенно нас не волновала. Было ясно, что помочь мы ему ничем не можем. Только отдышавшись в офисе (Софи заботливо приготовила нам кофе), я спросил у Жерара:

—  Наш иракский друг ничего не успел тебе ска­зать?

—  Нет, почему же. Он упомянул, что связался с рядом коллег и обнаружил одну примечательную подробность. Помнишь ретранслятор, который на­шли у них в институте? Так вот, похожие штуки об­наружились и на других объектах Ирака накануне вторжения! Это была не шпионская аппаратура. Он был уверен, что разгадал их назначение. И об этом, собственно говоря, и хотел нам рассказать.

Снова оборванная нить, которую приходится восстанавливать собственными руками. Как же мне это все надоело…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,124 сек. | 12.42 МБ